Катырев-Ростовский М.П.2

Повесть книги сея от прежних лет,

1626.

Авраамий Палицын. История в

память предыдущим родам, 1620.

Иное сказание, 20-ые годы XVII в.

Многолетняя Смута начала XVII века, коснувшись практиче­ски каждого человека Россий­ского государства, повлияла на историческое мышление древ­нерусских книжников. Они по­пытались найти реальные при­чины постигших Россию потря­сений. Это не означало, что Божественный промысел отвер­гался, но ощущалась его явная недостаточность. Поиск реаль­ных причин исторических собы­тий находился в сфере оценок умственных и нравственных ка­честв людей, прежде всего ис­торических деятелей. Древне­русские книжники считали, что Высшая сила использует для своих проявлений умственные и нравственные качества людей. Появились попытки оценить ха­рактер главных действующих лиц драмы начала XVII века: предшественника - Ивана IV и современника - Бориса Годуно­ва. Сочинения пополнились психологическими портретами. Катырев-Ростовский попытался понять личный характер Ивана IV. В своей «Повести...» он пи­сал о государе: «За отечество стоятель, многие блага сотвори, книжного почитания доволен и многоречив зело». Вместе с тем Иван «на рабы, от Бога данные ему, жестокосерд вельми, а на пролитие крови и на убиение дерзостен и неумолим, множе­ство народа от мала и до велика при царстве своем погуби и многие грады свои поплени». «Новый летописец» виновником Смуты считал Бориса Годунова, пресекшего династию Рюрико­вичей.

Современник событий, дьяк Иван Тимофеев впервые разра­ботал концепцию Смуты. Его «Временник...» исследователи считают одним из важнейших русских историко-философских сочинений. В концепции Смуты ясно видны два аспекта: фило­софский и исторический.

В философском круге рас­суждений причиной Смуты Иван Тимофеев считал бесчис­ленные нарушения христиан­ской морали, которые допуска­ли русские люди. Он показал картину низкого морального со­стояния общества, в котором часто наблюдались: «дерзость клятвопреступлений, лицеме­рие, потеря между собой общего любовного союза, безмерное употребление вина и обжорство, ненасытное сребролюбие; при­обретение множества больше, чем нужно, различных вещей; зловонное произношение язы­ком и устами матерных сквер­ных слов». Следствием низкого морального состояния общества явилось распространение лжи, ее безнаказанность, рост. Осо­бенно среди приближенных к верховной власти. Иван Тимо­феев считал, что «плевел лжи» заглушил истину. Она умолкла и поникла. Власть оказалась в недостойных руках, но не на­шлось ни одного «крепкого» человека, который возвысил бы голос против произвола «тира­нов». Он писал: «Поищем у се­бя и все усердно постараемся прежде всего уяснить то, за ка­кие грехи, не бессловесного ли ради молчания, наказана наша земля».

Победа лжи означала мол­чание перед правдой. Промол­чали перед Борисом Годуновым (устранил Рюриковичей), поро­дили Григория Отрепьева. Воз­никла цепная реакция зла: по­пустили одному, значит можно и другим тянуться к Москов­скому трону, к изменению сво­его положения (чернь).

Через страдания людей, че­рез их попытки достойно закон­чить ужасы кровопролития, Божья благодать возвращается на Русскую землю. Она прояв­ляется в акте всенародного из­брания на царство Михаила Романова. В сочинении Ивана Тимофеева мы найдем фило­софское обоснование Божест­венной санкции на то, чтобы новый царь стал природным но­сителем идеала «Правды». Он писал: «Истинный царь лишь природный и вместе с тем из­бранный. Избирать можно лишь природного царя». Авраамий Палицын называет Михаила Рома­нова «избранным от Бога преж­де его рождения». Иван Тимо­феев в непрерывной цепи на­следственных царей ставил Ми­хаила прямо после Федора Иоанновича, игнорируя и Годуно­ва, и Шуйского и всех само­званцев.

Исторический аспект кон­цепции Смуты Ивана Тимофее­ва выглядит так. Начало ее свя­зано с кончиной Ивана IV и царствованием Федора Иоанновича. Оба эти факта носили, по мнению Ивана Тимофеева, тень «злокозней» Бориса Годунова. Именно Борис вместе с Богда­ном Бельским свели в могилу Ивана Грозного, именно Борис рассеял красивых боярских до­черей, способных иметь потом­ство, по монастырям, чтобы Фёдор Иоаннович не остановил на них своего взора; туда же он отправил «вельмож муд­рых»; велел убить царевича Дмитрия; покушался на жизнь самого Федора Иоанновича. Централь­ными событиями Смуты Иван Тимофеев считал воцарение Бориса Годунова, нарушившего традиции царской власти в Рос­сии и показавшего пример лю­бому; «самовластье рабов» - Лжедмитрия I, Василия Шуй­ского, Лжедмитрия II, которые воспользовались примером Бо­риса. Правление «рабов» было отягощено иноземным вторже­нием в Россию и действиями «домашних» злотворцев». Раз­решилось Смутное время всена­родным избранием на царство Михаила Романова, родствен­ника «святоцаря Федора Иоан­новича».

Древнерусские книжники прекрасно видели и понимали, что Смутное время включало в себя и трагедию гражданской войны («потерю между собой общего любовного союза»).

Философскую оценку массо­вым выступлениям крестьян дал в своем сочинении Иван Тимофеев. Пагубный пример «раба» Бориса, ставшего царем, распространился на «рабов-крестьян», которые захотели стать свободными и равными своим господам. Иван Тимофеев однознач­но осудил стремление «холопьей ра­ти» сравняться с господами. Это стремление пагубно, так как права господ извечны. Поэтому русские крестьяне не должны были нарушать традицию повиновения феодалам своими выступлениями.

Историческую оценку массо­вым выступлениям крестьян в годы Смуты мы находим в сочинении Авраамия Палицына. Его «История в память предыдущим родам» содержит специальную главу под названи­ем «О зачале разбойничества и ворех во всей России». Автор географиче­ски локализовал это «зачало» юго-западными окраинами России. Именно там скапливался в больших количествах беглый люд. Авраамий Палицын не стал уходить от прямого ответа на вопрос о причине побегов в таких количествах. Они заключают­ся в «закабалении бедных и голод­ных».

Авторы другого памятника пер­вой половины XVII века - «Псковского сказания»  называли виновниками этого закабаления бояр и «сильных градодержателей».

Древнерусские книжники, рас­суждая о Смуте и крестьянском бун­те начала XVII века, стали мыслить со­циально. Они пришли к выводу, что общество составляют разные группы людей, каждая группа имеет свои интересы, могут происходить столк­новения этих интересов и этих групп.

Древнерусские книжники нача­ла XVII века пытались в жизни обще­ства увидеть не только проявление Божественной воли, но и причины исторических событий. В историче­ской мысли еще раз утверждалась старая идея о необходимости в Рос­сии сильной царской власти, соеди­ненной с идеей «Правды». При этом были признаны принципы как на­следственной так и избирательной монархии.

Древнерусские книжники ХVII века были патриотами. Они отстаи­вали единство и независимость своей земли.

 

 


Понравилась статья? Добавь ее в закладку (CTRL+D) и не забудь поделиться с друзьями:  



double arrow
Сейчас читают про: